- Вы можете поверить, чтобы человек, который, как мы считали, сбежал на Запад вместе с отступающими гитлеровцами, через сорок лет вернулся обратно?

- Женщина могла принять за него другого, - помолчав, ответил подполковник.

- Меня она всего один раз три с лишним десятка лет назад видела на трибуне и вот сразу узнала, - заметил генерал.

- Вы хорошо сохранились, - улыбнулся Рожков.

- Странно, что в наших архивах нет ни одной фотографии Гривакова, продолжал генерал. - Впрочем, если бы и была, вряд ли она нам помогла. Войну он начинал юношей, а сейчас ему за шестьдесят.

- Не верю я, чтобы человек в таком возрасте вернулся к нам из-за рубежа, - вставил подполковник. - Ностальгия таким подонкам чужда. Если это Гриваков, выходит, он никуда не уезжал из СССР?

- Плохо работаем, подполковник, - покачал головой генерал. Получается, сорок лет государственный преступник жил бок о бок с нами? В тех местах, где орудовали каратели, - продолжал генерал, - сражался партизанский отряд Филимона Ивановича Храмцова. Фашисты звали его Хромым Филином. В сорок третьем Храмцов исчез вместе со своими людьми, как сквозь землю провалился!

- Вы его лично знали, товарищ генерал?

- Доводилось встречаться. Это был смелый человек, за действия в тылу врага награжден орденом Красного Знамени. - Генерал помолчал, потом продолжил: - Умный, решительный и вместе с тем осторожный человек. Он бы свой отряд никогда не подставил под пули. Тут есть какая-то тайна... Сорок лет мы не можем ее раскрыть. Я не верю, что весь отряд мог исчезнуть, не оставив никакого следа. Убежден, что Храмцов сражался с фашистами до последнего патрона. Гитлеровцы пунктуально вели документацию: фиксировали все свои карательные операции, допросы пленных, казни, а тут какой-то странный провал! Ни в одном найденном нами документе не было его имени. Двадцать шесть человек. И ни одной могилы, а эти герои памятника достойны!